zeftera.ru.

Домашняя жизнь – наиболее тяжелая работа во всем мире

538ef35b

ребёнок Дети идут в данный мир абсолютно различными, однако есть многое, в чем они похожи друг на дружку: они не осознают речь, не в состоянии идти, не понимают своих данных и не имеют мизерного представления о том, как жить в нашем мире.

 Состоится всего 5 лет, и малыш будет полновесным членом той семьи, где он вышел на свет. Мать и отец, планируют они того либо нет, привьют ему свои представления о том, что прекрасно и что слабо. Ребенок увеличится бодрым забавником, готовым на похождения либо – уверенным внутри себя нытиком. Вполне может быть, он будет радоваться тому что живешь любое время, возможно – колебаться во всем. То, каким шагом малыш входит в мир взрослых, и то, как он будет себя в нем ощущать, находится в зависимости лишь от того, в какой семье прошло его детство.

Прикрытая семья либо Семья-бункер

Приверженцы авторитарного образа жизни обожают твердить, что однажды достаточно давно, «в хорошие времена» так жили все. Я, впрочем, подозреваю, что тогда, как и в настоящее время, все жили по-всякому.

В семьях, о которых говорится, всегда весьма существенно, кто глава, при этом, главой семьи легко вполне может быть и девушка. Указы главы семьи не рассматриваются, так как в армии, как нам известно, начальник всегда прав. Семья такого вида работает как прикрытая технология, другими словами, не развивается и задерживает формирование всех собственных членов. Вообще, любое «перемещение воздуха» тут по возможности пресекается. Свежие люди и свежие мысли воспринимаются в подобных семьях как ресурс опасности.

Тут не принято «дружить жилищами» с иными семьями, и вообще, посетитель – необычная птица в подобном жилище. Не может быть и речи о том, чтобы сын либо дочка принесли после школы собственных друзей на кофе либо организовали большой радостный день рождения. В случае если вы были в данной семье невольно либо по делу, то, потоптавшись на пороге одну секунду, вы сразу же ощутите, что более всего на свете вам хочется уйти. «Семья-бункер» не меняется во времени и оценивает «в штыки» все инновации. Твердые домашние требования в подобных семьях десятилетиями не пересматриваются. Не имеет значения, что сыну 20, пускай возвращается домой точно в 7 вечера и всегда названивает не позднее чем за 2 дня, если на 15 секунд останавливается. Не имеет значения, что июнь в 2016 году предоставился горячий, в нашей семье мы всегда купаемся не ранее 1 июля. А любое воскресенье у нас всегда домашний обед, потому, дети, не надумайте идти в гости, даже если вдруг вас и пригласили. Непринципиально, что у дочери музыкальные возможности, а сыну нравится писать: в нашей семье все девушки всегда были бухгалтерами, а мужчины – медиками.

Помимо огромного числа твердых требований, в семьях данного вида безусловно есть и множество всевозможных запретов. Часто встречаются, к примеру, запреты на выражение некоторых эмоций, в особенности, сопряженных с злостью либо проявлением страсти, и – запрет на выражение любых крепких эмоций. Тут можно услышать, что «парни никогда в жизни не хнычут», «а отличные девушки не злятся» либо совсем: «будь спокойнее, ставить собственные ощущения напоказ непристойно».

В подобном жилище участники семьи никогда в жизни не дотрагиваются друг к дружке, помимо этого, детям запрещается задавать какие-нибудь вопросы на интимные темы, и с ними никогда в жизни никто не обсуждает вопросов пола. Парни и девушки обязаны находить правду где-то еще, и в первую очередь, это оказывается «аксиома» в кавычках. Благодаря тому, что в семьях с множеством домашних запретов есть, в большинстве случаев, еще и запрет на рассмотрение этих запретов, поменять что-нибудь бывает в особенности непросто. Дети тут ощущают себя депрессивными и не подозревают, что в иных семьях можно свободно говорить на все темы.

Конструкция домашних ролей тут остается прежней годы. Домашние требования никогда в жизни не обновляются, и про это не принято рассуждать. В семьях прикрытого вида полагают, что ключевая цель опекуна – распоряжаться и единовластвовать. В такой ситуации малыш не замечает перспектив для дополнения собственных сил. Если опекун во всем уничтожает инициативу малыша, этим самым он понижает его самомнение и закрывает все источники жизни и формирования. Не удивительно, что детям в такой ситуации очень трудно взрослеть. Их психический и церковный рост встречается с такими же проблемами, как цветочек, развивающийся через асфальт. В особенности трудно нужно детям, которые появились на свет нестандартными, не похожими ни на одного из опекунов. Им предначертано либо поломаться либо, организовав мятеж, оставить дом навеки.

Опекуны с невысокой самооценкой либо Детский сад на троих

Человек с невысокой самооценкой напоминает слабо развитого малыша. Он эгоцентричен, обидчив и несамостоятелен. Он не может нести полную ответственность за собственные слова и действия. Ему нужно, чтобы окружающие регулярно подтверждали ему собственную любовь. Более всего на свете он нуждается в психической помощи. Также, людям данного вида уютно в компании свежих забавников, удовлетворенных собой. Вступая в дефект, такой человек предпочитает иного по принципу схожести. В данном объединении любой муж инстинктивно рассчитывает, что другой будет для него опорой и помощью, однако так как компаньоны видят друг в дружке только расширение себя, они не в состоянии ни давать что-нибудь компаньону, ни помогать. 2 малыша – это целый детский сад! Какими опекунами могут стать такие супруги?

Прежде всего, малыш в данной семье рассматривается опекунами как средство доказательства своей ценности в сообществе. (Вы безусловно услышите: «Он разбирает лучше всех в классе» либо «Мы намерены, чтобы наш малыш достиг того, чего не удалось нам»).

Во-вторых, опекуны младенца применяют его, как средство удержания собственной непрочной самомнения, как персон и в особенности – как опекунов. Им регулярно необходимо ощущать, что малыш их обожает. Они слишком живо откликаются на его неповиновение потому, что очень не убеждены внутри себя. Они непоследовательны в собственной воспитательской позиции: «задабривая» малыша, они дают возможность ему избыточное, потом, «спохватываясь», запрещают все подряд. Малыш в итоге повышается манипулятором: он замечает, что сегодня из мамочки можно «выловить» еще одну малую машину, что после данного лучше пойти за денежными средствами на мороженое к отцу, а пока опекуны будут обнаруживать, кто из них шалит чадо мощнее, бабуля в удовольствие приобретет ему второе мороженое. Так карапуз научается применять материнские столкновения в собственных увлечениях.

В-третьих, опекуны оценивают малыша как свое расширение. Им представляется, что он ощущает также, как они, размышляет и замечает то же. Все, что происходит опекунами для малыша, отображает лишь их стремления. Поэтому-то опекуны с пониженной самооценкой так с ревностью относятся к проявлениям детской признательности. Они как будто подумывают её на невидимых весах, в точности понимая, ниже какой планки не должна спуститься стрелка. И несчастье чаду, если стрелка качнулась сильно!

Так как такие «опекуны» — сами незначительно дети, они не хотят освободить малыша от багажа своих неприятностей, а, наоборот, вовлекают его в собственные отношения. В процессе раздоров любой из опекунов замечает в нем возможного сторонника в борьбе с иным опекуном, потому малыш оказывается пленником противоречащих друг дружке материнских условий. Опекун противоположного пола пытается применять малыша, как заменитель 2-го супруга, потому опекун такого же пола, в большинстве случаев, замечает в малыше конкурента. Отец такого рода может сообщить дочке-подростку: «Растолкуй собственной мамы, что она препятствует мне жить!», а мама сразу же откликнется: «Не подступай ко мне, следуй к собственному возлюбленному папочке!». Опекуны насколько бы «разрывают малыша на части»: встретив сторону одного из опекунов, малыш дерзает потерять иного. Так как он одинаково нуждается в двух, то любой выбор мешает ему боль.

Германский психоаналитик Томас Бумгарт заявил когда-нибудь: «Говоря слабо об одном из опекунов малыша, мы заявляем слабо о половине его, так как он знает, что состоит из двух!»

Крупнейшие проблемы в подобных семьях поджидают детей на пороге молодости. Когда-нибудь оказывается, что, повзрослев, малыш будет отличным опекуном для собственных опекунов! Каждый день ему рассказывают что-то такое: «Я тяжело дожидалась, когда ты вырастешь!»; «Я всегда планировала дочку, чтобы она стала мне самой лучшей любимой»; «Мне желалось иметь партнера в лице сына» либо «Сейчас твоя очередь прослушивать нас и заменять плечо!».

Побыв в данном жилище тридцать минут, вы ощутите, что не видите, кто тут чей супруг, отец либо сын, домашняя конструкция представляет из себя беспорядок. В подобных семьях, в большинстве случаев, напрочь отсутствуют какие-нибудь традиции, нет ни единого домашнего требования, которое бы всегда «работало». Из-за неурядицы, происходящей с домашними значениями, дети ощущают себя уютно. Каждую секунду они не понимают, чего ожидать от отцы с матерью и от мира в общем. Чувствительный груз, несвоевременно прилегший на их плечи, уничтожает их. Такие дети сами нуждаются в опоре, которую опекуны не в состоянии им предоставить. Их самомнение от данного, разумеется, мучается и грешный круг закрывается.

Семья-театр либо Альянс лицемерных

Были ли вы когда-то в жилищах, ситуация которых напоминает кинотеатр: вы чувствуете, что происходящее (слова, действия, жесты) будто бы ненатурально разыграно, и любой из родственников прекрасно выучил собственную роль. Вы не видите толком, отчего вам так представляется: все чересчур обширно усмехаются либо чересчур оглушительно смеются. И сильно пожали вашу руку, когда вы пришли? Либо вам представляется, что вы попали в нелегальный штаб. Вы ощущаете в воздухе странные пульсации и вам отчего-то уютно. Вы чувствуете необходимость 10 раз задуматься, до того как сообщить что-нибудь. Когда кто-то из домочадцев обращается с репликой к вам либо к другому родственнику, вам отчего-то представляется, что все пытаются дешифрировать элементарную фразу, будто бы это кроссворд. Вы поддаетесь совместному расположению духа и хотите отыскать 2-й (3-й, 5-й) резон в реплике «Сегодня, представляется, стало холоднее?»… Вам не по себе от того, что вы не знаете пароль… Тут злятся друг на дружку с усмешкой, сетуют со хохотом, а любезности рассказывают нахмурясь и смотря в сторону. Вы не видите, что ощущают эти люди, да вы и сами не знаете, что вам ощущать. Независимо от того, что вы замечаете: удовлетворенность ли, огорчение, хладнокровие, — вы ощущаете ложь.

Притворство в первую очередь появляется не из намеренного стремления быть неискренним, а из-за спутанности чувствительной сферы человека. Часто двулично себя ведут люди, которые сами не понимают, как им смотреться, как себя вести, что и как ощущать и как жить. Их различает малый уровень рефлексии (возможности к самопознанию), и они, в большинстве случаев, недовольны собой. Их домашняя жизнь и технология обучения детей заполнены условностями. Если вы захотите совместно с домочадцами выразить требования, по которым они проживают, однако никогда в жизни не говорят вслух, возможно окажется, что они звучат достаточно нелепо. К примеру: «Парень не должен очень много рассуждать» либо «Прекрасные девушки не хнычут» либо «Вне зависимости ни от чего выгляди удачным».

В подобных семьях опекуны очень взволнованы «отличным» действием собственных детей. Представляется, что сами они также весьма «отличные». Они, как будто убеждены, что опекун не сумеет сделать ничего ужасного, лишь дети «слабо» себя ведут! Зафиксировано, что очень сильно волнуются из-за «ужасного» действия детей в тех семьях, где опекуны прилежно умалчивают от них свои грехи. Часто оказывается, что бабуля, докучающая подросшей внучке собственными поучениями, родила мать за пределами брака.

В подобных семьях есть твердые стандарты, устанавливающие половое образование малыша, которые предполагаются всеми, однако, вероятно, никогда в жизни никем не произносились вслух. Девушка должна быть нежной, нежной, покладистой, слабой. Парень – мощным, стойким, пошлым. На самом деле, такие качества, как ласковость и неколебимость нужны всем людям. Как может парень отозваться на женскую любовь, если у него не развито ощущение нежности? Как может девушка расценить выдержку и неколебимость мужчины, если она не знает, что это такое? Если парень и девушка такие различные, они никогда в жизни не могут повстречаться и осознать друг дружку!

В такой системе взглядов есть также запрет на выражение отрицательных эмоций у девушки. Девушка не имеет права рассердиться, быть раздраженной, самой сохранять себя в критичной обстановки. Девушки в подобных семьях развиваются зависящими: они обязаны инстинктивно находить «сильного парня», «который прибудет и предохранит». Тут можно также повстречать другой страшный, уродующий чувствительную сферу стандарт – запрет на выражение мужских чувств. Парень не должен ни хныкать, ни оскорбляться. Он не должен также горячиться, должен сохранять покой при любых жизненных обстоятельствах. Вполне может быть, потому мужчины проживают меньше?

Тут детей абсолютно основательно обучат, что если человек желает являться отличным, он обязан уничтожать свой гнев. Но, жизнь нельзя просуществовать, никогда не встретившись с критичными жизненными обстоятельствами. Самое лучшее, что можно сделать с бешенством – это принимать и ценить его существование внутри себя и прочих. Тогда вы намного намного чаще будете удовлетворены собой и окружающими. Гнев – это натуральная наша реакция, и его необходимо осознавать и обучаться применять.

Как это ни изумительно, в семьях данного вида люди чудаковато обходятся не только лишь с бешенством, но также и с любовью! На данный счет тут также есть скрытые требования, безжалостно регламентирующие методы послания с данным ощущением. К примеру, папы полагают, что когда их дочери достигают пятилетнего возраста, их не стоит больше целовать и обнимать потому, что эти прикосновения могут купить интимный характер. Временами также самое происходит с мамами и их отпрысками. Очень многие папы также отказываются выражать собственную любовь и к сыновьям потому, что любовь между мужчинами рассматривается как гомосексуализм. На самом деле, определение любви не должно находиться в зависимости от пола, возраста и существующих отношений.

Домашние требования тут часто позволяют лишь выражение тех эмоций, которые подтверждены законодательством, а не тех, которые есть. Действительно табуированы должны быть не ощущения, а определенные методы их выражения. К примеру, вместо: «Не злись!» бойкому ребенку с лихим нравом надо сказать: «Невозможно обзываться на брата и биться с ним, если ты рассержен. Выскажи собственный гнев словами и растолкуй толком, что тебе не по нраву. Тогда в следующий раз он будет себя вести иначе».

С рождения до гибели люди регулярно чувствуют самые различные ощущения – ужас, боль, слабость, любовь, злоба, удовлетворенность, горячность, — не из-за того, что все эти ощущения так превосходны, а просто потому, что они есть. Если требования семьи, в которой вы проживаете, рассказывают что любое ощущение, которое вы испытываете, гуманно, а, значит, – может быть принято, ваше Я может расти. Это совсем не значит, что все действия извинительны. Но в случае если само ощущение принимается окружающими, вы можете подойти к нему, как надлежащему, и, расширив спектр своих действий, выбрать из них наиболее оптимальное.

Североамериканскому домашнему психоаналитику Вирджинии Демон принадлежать такие слова: «Чтобы вы заявили, если б в вас пренебречь? Насколько бы выказали собственные ощущения? Можно поблагодарить. Можно зарыдать и просить больше никогда в жизни данного не делать. Можно бежать. Можно стукнуть притеснителя либо пренебречь в ответ. А можно открыто и откровенно высказать собственные ощущения, сказав о той бешенстве, которая вас окутала».

Семья для малыша либо Хоровод вокруг ёлочки

Когда ребенок – единственное, что скрепляет брачные отношения, а тревога о нем – единственная мощь, принуждающая мужей оставаться совместно, можно лицезреть, как малыш неспешно, однако правильно преобразуется в центр вселенной для любого из домочадцев. Единственное, что занимает мать, папу, повитуху и дедушку в ближайшее время – выбор факультета для родного чада. Их самые лучшие всеобщие мемуары – это первые шаги младенца, его лепет и первые фразы. Единственная тематика, которую семья обсуждает за домашним столом, в особенности, если в жилище посетители – это свежие достижения сына либо дочки. Вы найдете, что вся торговая обвешана художествами молодого таланты, в случае если дитя играет на рояле, его безусловно просят утешить ваш слух. Не забывайте представить на лице удовлетворение, по-другому вы будете в данном жилище неприятелем номер 1!

Может показаться, что чадо, родившись в данной семье, как творог в масле катается, однако это вовсе не так как могло показаться на первый взгляд. На малыша в этом случае возлагаются чересчур серьезные надежды, от него предполагается очень много. Постоянные внимание и удовлетворение, которые нацелены на него дома, создают у него неблагоразумный вид себя. Его самомнение не согласуется с реальностью. Угодив в детский сад, а потом – в школу, он ощущает себя беззащитным и никому не нужным. Помимо этого, оказывается, что сравнивая со ровесниками, он не может определенных простых вещей. В детсаду он заключительным обучится без помощи других одеваться (так как дома ему постоянно помогает мать), а в 1-м классе обнаружится, что он 1 не знает, как пользоваться телефонной картой либо опасается пройти улицу. Odnoklassniki подымут его на хохот, видя, что его управляет домой из школы бабуля. Молодыми людьми такие дети сталкиваются с материнским неодобрением, стараясь что-то сделать в данной жизни сами. Они обязаны отчитываться о любом собственном шаге, и не дай господи, если мать не подтвердит подружку либо нового компаньона. Балующее образование появляется в такой семье не случайно: малышу насколько бы «препятствуют» взрослеть. Так как, когда он увеличится, потребность для мужей жить совместно пропадет!

В семьях данного вида можно лицезреть, что ролевые отношения между малышом и опекунами годами остаются ненатурально спокойны. Опекуны прилагают все действия для того, чтобы статус малыша оставался всегда прежним: малыш – это человек, который не в состоянии без помощи других принимать решения, иметь собственное соображение, выбирать собственное будущее. Это – только великолепное создание, которому необходимы тревога и удовлетворение. Независимость ему не требуется: она небезопасна для небольших детей, а дети в подобных семьях оказываются всегда мало взрослыми.

Потомкам из подобных семей, когда они подрастают, бывает весьма непросто приноровиться к жизни в сообществе: им регулярно так не хватает любви окружающих, они несамостоятельны и бездейственны. Вместо того чтобы достигать желанного самим, они предпочитают сетовать на беспощадность мира.

Спелая семья

Для спелых семей свойственна большая самомнение всех родственников, прямое, отчетливое и искреннее общение. Требования, по которым проживает семья, тут подвижны и разумны: по мере того, как дети взрослеют, уклад семьи меняется. Социальные связи такой семьи открыты: опекуны обожают приятелей собственных детей, а дети почитают и обожают приятелей собственных опекунов. Любой член такой семьи убежден, что иные способны его слушать, и сам он готов слушать иных. В случае если в настоящее время семье почему-то не до него, он знает, что дело не в недочете любви, а в недочете времени. Люди тут свободно дотрагиваются друг к дружке вне зависимости от пола и возраста. Разговаривая, они смотрят друг на дружку, а не в стенку.

Разумеется, в спелых семьях также могут быть бури, однако это – сигнал чего-то весьма значительного, а не попытка заглушить всех других. В случае если в жилище покой, то это миролюбивое положение, а беспокойное безмолвие от испуга и не безмолвие перед коричневей. Домочадцы тут ощущают себя так свободно, что могут поделиться между собой собственными ощущениями. Люди насмехаются, если им забавно либо они рады, злятся либо хнычут, если у них беда, и не умалчивают данного от родимых. В такой семье видно, что наша жизнь и ощущения людей намного главнее, чем что-нибудь другое. В спелой семье ее участники не обеспокоены сбережением собственного статуса. Тут сын может смело заявить папе: «Эй, отец! Ты что-нибудь сегодня не в духе!», а отец заявит не «Как ты смеешь так рассуждать со младшими!», а легко ответит: «Да, сын, я сегодня катастрофически утомился».

Опекуны в подобных семьях чувствуют себя лидерами-вдохновителями либо младшими наставниками, а не авторитарными начальниками либо церберами. Они осознают собственную цель в том, чтобы обучить детей ощущать себя успешными и оставаться людьми в любой реальной обстановки. Они способны высказать детям все собственные ощущения насчет их действия, как положительные, так и отрицательные, и их слова не расходятся с занятием. Основное, что различает людей, живущих в спелых семьях – то, что они отличного соображения о самих себе. Такие опекуны жестко понимают, что первоначально дети не в состоянии быть слабыми, потому, наказывая, они никогда в жизни их не унижают.

Чувство самоценности может сложиться в такой окружающей среде, где принимаются все персональные расхождения, где любовь выражается открыто, ошибки предназначаются для покупки нового опыта, где общение открыто и конфиденциально, а домашние требования не преображаются в застывшие догмы, где собственная обязанность и невинность любого – необходимая часть отношений. Дети в такой семье ощущают себя необходимыми и возлюбленными растут бодрствующими и интеллектуальными.

***

Когда парень и девушка проживают совместно и прививают детей, в течение жизни они сталкиваются со всеми вариантами неприятностей, какие когда-нибудь понимало население земли. Домашняя жизнь – наиболее тяжелая работа во всем мире. При этом факультетов либо коротких установок, где можно было бы обучиться быть сильной супругой, супругом, папой либо мамой, нет, и они едва ли будут. Любая семья (как и все люди), неповторима, и никогда в жизни не было, нет и не будет другой такой либо даже похожей. С каждым среди нас каждый день происходит что-то новое, и при этом всегда нам хочется сделать исключительно правильный шаг.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>